Page 228 - КП_Крыловский_район
P. 228
КНИГА ПАМЯТИ
станицы Октябрьской Крыловского района Краснодарского края
приступили к процессу доения. Прошло несколько минут, и корова
поняла, что ее доит не хозяйка, и ударила одного из немцев ногой
так, что тот кубарем покатился по земле. Молоко из его котелка
разлилось. Остальные немецкие солдаты мгновенно отскочили в
стороны и начали смеяться над своим сослуживцем.
После этого инцидента немцы больше не производили дойку
коровы, однако каждый раз, когда мама доила корову, они уже стоя-
ли с котелками, отбирали молоко, разливали его по своим емкостям
и уходили. Мама старалась еще додоить корову, чтобы напоить нас
парным молоком, но нам доставалось совсем немного.
Весной 1943 года немцы были вынуждены отступить под на-
пором Красной Армии. В спешке они бросали всё и убегали. В на-
шем саду оставалась немецкая кавалерия, а после ее ухода на зем-
ле образовались кучи сена и соломы. Я со своими сверстниками Василий Степанович
играл на этом сене, барахтался, кувыркался, и вдруг мы заметили Рыбальченко,
деревянную ручку, похожую на ручку ножа. Мы начали очищать участник Великой
эту ручку от сена и ужаснулись, когда увидели находку – это была Отечественной войны
граната довольно большого размера (5–6 кг). Мы мигом отскочили 1941–1945 гг.
от нее. Я позвал своего старшего брата. Мой брат вместе со своими друзьями отнес гранату
в поле, за три километра от дома, и там они ее взорвали. Может быть, немцы, в спешке от-
ступая, забыли про эту гранату, а возможно, оставили ее умышленно, чтобы мы, играя, взор-
вались и погибли».
ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ИВАНА ИВАНОВИЧА САВЧЕНКО
Ивана Ивановича Савченко в станице Октябрьской знают мно-
гие, он прожил жизнь, насыщенную событиями. Вот как он расска-
зал о Великой Отечественной войне и близких к ней годах: «Когда
началась война, я был еще маленьким, но кое-что помню. 3 октября
1941 года призвали в армию моего отца. Уходя на фронт, он об-
нял меня и сказал моей матери: “Нина, не обижай детей. Они уже
обижены”. Наверняка, он уже чувствовал, что не вернется. Писем
от него не было, а в октябре 1943 года пришло извещение из воен-
комата, что Савченко Иван Викторович пропал без вести. В семье
тогда остались: дедушка, бабушка, мать и мы, трое детей. В первые
дни войны в саду, между белыми и черными шелковицами, дедуш-
ка выкопал землянку длиной примерно два метра, шириной и высо-
той по полтора метра. Внутри он сделал сиденья из земли.
Иван Иванович Выход находился в углу землянки. Однажды мы услышали
Савченко громкий гул, но не могли понять, откуда он доносится. Дедушка
быстро отвел нас в укрытие. Мы молча сидели там, а гул лишь усиливался, и, когда он стал
совсем оглушительным, я подошел к выходу и посмотрел на небо. Увидел множество круп-
ных самолетов, которые низко пролетали над станицей. Это были бомбардировщики, нагру-
женные бомбами, отчего звук был таким громким. Я очень испугался, а дедушка закричал:
“Куда ты, Ваня?!” Он, вероятно, подумал, что я собираюсь выйти. Бомбы над станицей они
в тот раз не сбросили и продолжили свой путь. Однако от того, что я увидел и услышал, я ис-
– 224 –

