Page 232 - КП_Крыловский_район
P. 232
КНИГА ПАМЯТИ
станицы Октябрьской Крыловского района Краснодарского края
После этой бомбежки авианалеты происходили почти ежедневно. Немцы пытались раз-
рушить мост через Максимову балку, чтобы затруднить отступление наших войск. Станция
подвергалась интенсивным бомбардировкам. Днями и ночами пылал элеватор, и станица
была окутана запахом сожженной пшеницы. Зенитных установок не было, и немцы совер-
шенно не испытывали страха. Они сжигали и уничтожали эшелоны с военными грузами и
людьми. Даже поезд с тяжелоранеными не был спасен. В тяжелые дни, когда все горело и ру-
шилось, находилось место и для юмора на злободневные темы. Так, у наших соседей Лесных
был прекрасный подвал, выложенный кирпичом, сухой и теплый. Во время бомбежек все со-
седи стремились в этот подвал. Рядом жила семья беженцев. Старшего сына звали Семеном.
И вот при очередном оповещении о налете мать спрашивает у него: “Ой, Семене, Семене, що
ж мы будем робыты, як будуть бомбыты?” А он ей отвечает: “До Лесных у погриб ховаться”.
Уже и война давно закончилась, а я все вспоминаю эти слова.
Из-за бомбежек нас, малышей, отправляли к тете Киле, на край станицы, подальше от
центра. Собиралась там полная хата двоюродных и троюродных братьев и сестер. Не знаю,
как нас там терпели. Но нам было весело: играли, бесились. Спали покотом на полу, на ста-
рых фуфайках, соломе, сене, и всем было хорошо. Бомбили где-то далеко. До нас не достава-
ло, и мы играли в свои детские игры или просто дурачились.
В одно утро нас разбудили и сообщили, что прибыли немцы. Мы выбежали к воротам.
И действительно, шла группа военных с автоматами. Мы были крайне удивлены, что они,
немцы, похожи на обычных людей – у них не было ни рогов, ни хвостов, как их изображали
ранее в газетах. Колонны машин двигались по старой ростовской дороге на юг. Мы впервые
увидели огромные машины, пушки тянули тягачи с массивными колесами. Пеших солдат не
было – их перевозили в крытых машинах. Порой проезжали колонны мотоциклистов. Тетя
Саня Затынацкая жила прямо рядом с профилем и наблюдала, как идут немцы. И вот она
моей маме говорила: “А чи чулы, Пилыпивна, нимци пише не ходят. Уси на моцоциклах,
а яки и на лисапетах”. Старшие пацаны услышали и понесли эти слова по станице. Фронт
ушел на юг, немцы оккупировали станицу… Началась новая жизнь. Мы, дети, конечно, мало
в чем разбирались. Вскоре пошли в свою школу, у нас была учительница Мария Васильев-
на Василяка. Как сейчас помню, в классе висели иконы, портреты Гитлера и других неиз-
вестных мне людей. Нас начали учить немецкому языку. Часто приходили в школу, а уроков
не было, так как классы были заняты немцами. Там был штаб или госпиталь.
Мы жили, как мышата, боялись лишний раз выйти на улицу. Так прошли лето, осень
и наступила зима. В начале 1943 года немцы начали отступать в сторону Ростова-на-Дону.
День и ночь по ростовскому тракту шла немецкая техника. Холод был страшный, немцы
мерзли, как суслики. На головах у них были намотаны платки. Плечи и грудь тоже замотаны
платками. Поверх ботинок – лапти из рогожки. За немцами шли румыны. Они обшарили все
дома и собрали всё, что еще можно было унести. Немцы ушли. В станицу вошли наши во-
йска. Люди высыпали на улицы. Обнимались, плакали, радовались. Выносили еду, заводили
бойцов в хаты. Поили их, кормили, обогревали и спрашивали: “Не видели моего… А моего
не встречали?”
Фронт ушел на Ростов. И там были ожесточенные бои. К нам доносился гром орудий,
а поздно вечером на небосклоне было видно красное зарево, похожее на зарю. Через время
мы пошли в школу. Только теперь в классе висели портреты наших вождей, и всё было на
родном языке…
– 228 –

